Шестнадцать слов

«Шестнадцать слов» — книга Акима Кузова о древнеожортском языке: о том, что исконный слой ладожского — не слой ладожского языка, а остаток другого, вытесненного, от которого уцелело шестнадцать единиц. Из книги же выведено значение фамилии Ожортс — «из дома закрывающих».

Шестнадцать слов
Тип	книга, лингвистика
Подзаголовок	«Книга о древнеожортском языке»
Автор	Аким Кузов (р. 1962, Денисов)
Язык	русский
Написана	Денисов, Ладога
Издана	Нью-Гандейл, под маркой Big Books 🟡
Предмет	древнеожортский язык · исконный слой
Глав	семь · приложение
Главный вывод	«Ожортс» = «из дома закрывающих»
Кончается	формулой 5нi6иьь
Статус в Ладоге	к печати не принята

О книге

Об авторе

Аким Кузов (р. 1962) — филолог, уроженец Денисова. Работал там, где древнеожортский, по всем расчётам, и звучал: в старейшем городе мира, за четыре квартала от места, где ладожский, по преданию, сложился.

Род Ожортсовых открыл ему родовые бумаги и от выводов книги публично отмежевался. Оба решения были приняты в один год.

⬜ Отдельной статьи об Акиме Кузове на вики пока нет.

Где издана

Книга напечатана в Нью-Гандейле под маркой Big Books.

🟡 В остальном каноне Big Books — сеть книжных магазинов, а не издательство; собственная марка сети известна только по колофону этой книги. В Ладоге к печати не принята, и причина не цензурная, а содержательная: вторая глава утверждает, что ядро государственного языка государственному языку не принадлежит.

Выходные данные

В ладожской книге выходные данные ставят спереди. Причина не типографская: книгу положено кончать формулой 5нi6иьь, а после неё не ставят ничего — ни имени, ни года, ни города.

Правило соблюдают даже те издательства, которые языка не знают и объяснить его не могут. По этому же правилу устроена и «Четвёртая строка», у которой передней тетради не сохранилось, — оттого её автор и неизвестен.

Язык без самоназвания

У древнеожортского нет самоназвания. Его назвали по фамилии единственного рода, который его пережил, — и в этом заключена шутка, которую понимаешь только к концу книги: сама фамилия из него и происходит. Язык назван по семье, а семья названа языком. Круг замкнут, и разомкнуть его нечем: других свидетелей нет.

От языка осталось шестнадцать слов. Не шестнадцать корней, не шестнадцать сотен — шестнадцать единиц, включая три устойчивых выражения и одно родовое имя. Они лежат в исконном слое ладожского как камни в поле: не выводятся ни из чего, не подчиняются ни одному звуковому закону, склоняются и спрягаются совершенно обыкновенно. Их не понимают. Их учат наизусть.

Почему это чужой язык, а не старые слова

Ладожский устроен из двух непересекающихся пластов. Русский слой открыт, пополняется и выводится по правилам: зная три закона — сдвиг ударения, отвердение, исчезновение г, — можно построить ладожское слово из русского, ни разу не заглянув в словарь.

Исконный слой не выводится. Совсем. К нему неприменим ни один из трёх законов, его орфография не совпадает с ладожской, а список закрыт.

Обычное объяснение — что это просто очень старые слова. Кузов считает его неудовлетворительным:

Очень старые слова тоже подчиняются законам, только раньше и сильнее. Слово, к которому закон не применяется вовсе, не старое. Оно чужое.

Отсюда единственная версия, выдерживающая проверку: исконный слой — остаток другого языка. Того, на котором говорили там, где потом встал Денисов, — до того, как поверх него сложился ладожский. Языка, который ладожский не вытеснил целиком, потому что шестнадцать вещей перевести не смог.

🟡 Это позиция Кузова, а не установленный факт. Канон говорит только, что ладожский сложился в Денисове и разошёлся оттуда; чтó было в Денисове до него, вики не знает.

Корпус

Если сложить шестнадцать единиц в таблицу и смотреть не на слова, а на то, о чём они, выходит вот что:

О чём	Сколько	Слова
О деньгах и счёте	4	бабки · подвытик · юрбк · догки помй
О своих и чужих	4	озчоий · рхйулын · пфячснй · пккт
О конце	3	5нi6иьь · я и с ними небольшой · й фычн
О согласии и решении	3	иламй · нея сооимй · гфргник
О жизни	1	жуж (сопр. жинищ, гл. жужеть)
Родовое имя	1	Оkотссøki

Ни одного слова о еде. Ни одного — о погоде, воде, доме, боге, любви, войне. Ни числительных, ни цветов, ни частей тела.

Это не язык. Это уцелевшая часть языка, и уцелела она не случайно.

Почему уцелели именно эти

Правило, которое видно на любом вытеснении: дольше всего живут слова, которые нельзя доверить чужому языку.

• Считать деньги при чужом — нельзя.
• Назвать чужого чужим при нём же — нельзя.
• Сказать «этот подозрительный» так, чтобы он не понял, — ради этого слово и держат.
• Решить, кто в роду старший, — тем более: это не то, что переводят.

И четвёртое: закончить разговор. 5нi6иьь — самое старое слово корпуса, и после него отвечать не принято. Не «не отвечают», а не принято — это не описание, а запрет. Языку, который умирает, нужнее всего способ прекратить объяснение.

Отсюда портрет говорившего, и портрет невесёлый. Это язык замкнутого рода, торговавшего с теми, кого он считал чужими, и сохранившего ровно ту лексику, которая нужна, чтобы вести счёт, отличать своих и вовремя замолчать.

Всё остальное было отдано.

Свод корпуса

Полный список с ладожским употреблением. Формы взяты из словаря и сказки; все шестнадцать склоняются и спрягаются по общим правилам.

Слово	Значение	Ладожское употребление	Русское
бабки	деньги	Где бабки?	«Где деньги?»
гфргник	старший в роду, тот, кто решает	Гфргник казал	«Старший в роду сказал»
догки помй	«денег нет, дела швах»	Мой подвытик — итоо минус. Догки помй.	«Мой процент — итого минус. Дела швах»
жуж	жизнь	ожортска жинищ · он жужи	«(та самая) ожортская жизнь» · «он живёт»
иламй	ладно, пусть	Иламй.	«Ладно»
й фычн	и всё такое, и прочее	бабки, юрбк, й фычн	«деньги, мелочь и всё такое»
нея сооимй	нет сомнений	Нея сооимй.	«Нет сомнений»
озчоий	наш, из наших	Он озчоий	«Он свой»
Оkотссøki	Ожортсовы	Пошел я k Оkотссøkам	«Пошёл я к Ожортсовым»
пккт	неприязнь и непонимание одним звуком	Пккт.	(неприязненное хмыканье)
подвытик	процент, доля	мой подвытик	«мой процент»
пфячснй	странный, подозрительный	пфячснй рхйулын	«странный чужак»
рхйулын	чужак, не из наших	Он рхйулын	«Он чужак»
юрбк	мелкая монета, мелочь	Бабки — юрбк.	«Денег — мелочь»
я и с ними небольшой	«я так больше не могу»	Я и с ними небольшой.	«Я так больше не могу»
5нi6иьь	всё; конец; предел	дошли до 5нi6иьь · 5нi6иьь.	«дошли до предела» · «Всё, конец разговора»

Шестнадцать. Список закрыт. Всякое слово, предъявляемое как семнадцатое, обязано сначала объяснить, где оно было эти двести лет, — требование, на котором спотыкается «Лптвосдсивдиа адзп».

🟡 Обзорная статья и учебник говорят о списке «примерно из двух десятков слов». Расхождение счётное, а не содержательное: перечислены везде одни и те же шестнадцать единиц. Книга Кузова настаивает на точном числе, потому что на нём держится весь её счёт.

Письмо, которое старше письма

Исконные слова выглядят дико, и объясняют это обычно тем, что орфография законсервировалась. Верно, но недосказано: законсервировалась не ладожская орфография, а древнеожортская, и ладожское письмо до сих пор таскает её обломки в собственном алфавите.

Три знака ладожской азбуки ладожскому языку почти не нужны — своей работы у них в нём нет, и держатся они на исконных словах:

Знак	Что это	Где живёт
k	латинская «ка»; означает не звук, а род	только в родовых именах; единственный образец — Оkотссøki
ø	редуцированный гласный в исходе исконных основ	в русском слое не встречается никогда
і	твёрдое [i], не смягчающее предыдущий согласный	на птичьих правах в единственном засвидетельствованном имени Бладмiр; в 5нi6иьь — там, где обязано

И четвёртое, самое старое: цифры-буквы. В старом письме цифра читалась как первый слог названия числа:

Цифра	0	1	2	3	4	5	6	7	8	9
Читается	ну	а	—	три	че	пе	ше	се	ва	де

Цифра 2 звукового значения не имеет вовсе — она одна и выпала из ряда.

Здесь стоит остановиться. Цифры-буквы вышли из употребления везде, кроме исконного слоя, — то есть везде, кроме древнеожортского. Значит, это была его система записи: числовой знак, читаемый как первый слог названия числа. Ладожский её не создавал и не развивал — он унаследовал её вместе со словами и больше к ней не притрагивался.

А двойка, потерявшая звук, освободилась и ушла в грамматику: поставленная после слова, она означает двойственное число (мащлыик 2 «двое мальчишек»). Мёртвая буква одного языка стала живым показателем другого. Более точной картины наследования не придумать.

Как это звучало

Реконструкция здесь честная ровно настолько, насколько позволяют шестнадцать слов, то есть плохо. Но кое-что выводится.

Согласных много, гласных мало

Пккт, гфргник, пфячснй, рхйулын — стечения, невозможные ни в ладожском, ни в русском. Гласный в древнеожортском не был обязателен для слога.

Удвоение согласного значимо

Оkотссøki — единственное слово корпуса с двойным сс, и оно же единственное родовое имя. Совпадение подозрительное; вероятнее, удвоение и было признаком имени, а не случайностью записи.

Ударение не реконструируется

В ладожском оно никогда не обозначается на письме, и для исконного слоя это означает, что мы читаем шестнадцать слов, не зная, где в них ударение. Единственное исключение — 5нi6иьь, чьё полное чтение [пеніше́иəː] сохранилось потому, что слово произносят в высоком регистре, вслух и по правилам.

🟡 Здесь Кузов спорит с нормой. Норма правило даёт: ударение исконного слоя — на последнем полном слоге, мягкий знак не считается. Кузов возражает, что правило выведено из единственного слова, у которого чтение сохранилось, и на остальные пятнадцать распространено задним числом. Спор не решён; заметим только, что и само 5нi6иьь под это правило встаёт не без натяжки.

Долгота была

ЬЬ в том же слове — долгий [əː]. Значит, различие по долготе древнеожортский знал, а ладожский не унаследовал.

Беглое и полное чтение расходятся катастрофически

[пеніше́иəː] в обиходе стягивается в [пниш]. Из пяти слогов остаётся один, из семи знаков письма — четыре звука. Так стягиваются только слова, которые произносят очень часто и очень давно.

Родовой обхват

Единственная грамматическая конструкция древнеожортского, дошедшая до нас целиком, — родовое имя. И повезло, что именно она: она устроена красиво.

Оkотссøki

Латинская k — знак рода; так говорит словарь. Но k в этом слове две: одна после начального О, вторая перед конечным i. Знак рода не бывает в одном слове дважды.

Значит, это не два знака, а рамка: род обозначается не буквой, а обхватом. Формула читается так:

О- … -k … -ki → «из дома тех, кто …»

где на месте многоточия стоит основа. Основа здесь — отссø, то есть полностью формула членится как О-k- … -ki: О-k-отссø-ki.

Конструкция называется родовым обхватом и в ладожском не встречается ни разу: ладожский образует принадлежность суффиксом, как все. Обхват — древнеожортский способ, и он логичен для языка, где гласных мало и суффикс на конце легко теряется: то, что нельзя потерять, ставят с двух сторон.

🟡 Возражение, которое Кузов не разбирает. Слово склоняется — к Оkотссøkам в сказке, — и в косвенной форме конечное -i уступает место падежному окончанию, а вторая k остаётся. Если -ki — половина рамки, рамка должна была бы разомкнуться; если же k просто знак рода, как говорит словарь, всё сходится без обхвата. Это самый сильный довод против главы, и он берётся прямо из опорного текста языка.

Практическое следствие важнее теоретического:

Начальное «О-» в фамилии Ожортс — не часть имени. Это половина обхвата, приросшая к основе после того, как обхват перестали понимать.

Откуда Ожортс

Ладожский донёс до нас три формы одного и того же слова, и все три разного возраста:

Форма	Что это	Возраст
Оkотссøki	родовое имя, исконный слой	древнейшая, законсервированная
Гортсовый	«ожортсовый», усечение начального гласного	средняя
Ожортс	фамилия	младшая, живая

Ключ — в средней. Гортсовый держит г там, где живая форма держит ж, и держит р там, где родовое имя не держит ничего. Одна форма не может быть искажением другой: они не выводятся друг из друга. Они выводятся из третьей, общей.

Восстанавливаемая основа — kørtssø, с передним огублённым гласным в обоих слогах. Дальше всё решает один звук — первое ø, и решает по-разному в трёх местах.

1. В родовом имени

Гласный обхвата притянул его к себе: kørtssø внутри рамки О-…-ki выровнялся в kотссø. Заднее «о» палатализацию не запускает — поэтому k так и осталась k, буквой без звука, знаком рода. Заодно р выпало перед удвоенным сс: упрощение того же рода, что позже даст в ладожском празник. 🟡 Но не тот же случай: ладожское правило снимает средний из трёх согласных, а в группе р-т-сс снят первый. Параллель здесь типологическая, а не тождество.

kørtssø → О-kотссø-ki

2. В усечённой форме

ø сохранил передний ряд, и k успела перейти в г — но дальше не пошла. Обхват при этом отвалился: начальное «О» отпало как безударное. Получилась архаичная форма, дожившая до словаря в качестве книжного прилагательного.

kørtssø → гортс- → Гортсовый

3. В живой форме

Переход продолжился: г перед передним гласным дал ж. А начальное «О» на этот раз не отпало, а приросло — потому что говорящие уже не понимали, что это половина рамки, и слышали его как первый звук имени.

kørtssø → гортс- → жортс- → О + жортс = Ожортс

Отсюда буквальный разбор фамилии:

О- «из дома тех, кто» + -жортс- «кладёт конец»

«Ожортс» значит «из дома закрывающих».

Что значила основа

С этим сложнее, и здесь начинается спор, который не решён.

Первое чтение. Основа kørt- стоит в том же смысловом гнезде, что и гфргник — «старший в роду, глава, тот, кто решает». Оба слова возводят к общему корню и переводят kørtssø как «решающий», «тот, чьё слово последнее».

Возражение. Фонетически гфрг- и kørt- не сводятся, а сходство значений в языке из шестнадцати слов ничего не доказывает: там половина корпуса о том, как что-нибудь закончить.

Третье чтение — самое неудобное и самое красивое. Связь не с гфргник, а с 5нi6иьь: «всё, конец, предел», формула, после которой отвечать не принято. Если kørtssø обозначало того, кто её произносит, то фамилия значит не «решающий» и не «главный», а буквально:

тот, после кого не отвечают.

🟡 Доказать это нельзя. Но стоит заметить, что род с такой фамилией даёт стране президента, а язык, из которого фамилия вышла, к тому времени уже двести лет как не отвечает никому.

🟡 «Двести лет» — оборот Кузова: точных дат вытеснения канон не знает.

Куда он делся

Языки редко умирают от запрета. Чаще они умирают от удобства.

Древнеожортский держался там, где ладожскому было неудобно: в счёте, в родовых делах, в разговоре при чужих. Всё остальное он отдавал добровольно, потому что ладожский справлялся лучше — у него была открытая лексика, выводимая по правилам, и им можно было говорить с кем угодно.

К концу обмен дошёл до предела. Осталось шестнадцать позиций, которые отдать было нельзя: деньги, свои, чужие, конец. Дальше отдавать нечего — и язык остановился, не умерев.

В этом смысле древнеожортский не мёртв. Он сжат. Каждый ладожец, произносящий бабки, иламй или пниш, говорит на нём, не зная об этом; и делает это без акцента, потому что акцента здесь быть не может — слова не подчиняются законам, которыми акцент создаётся.

Шестнадцать слов, которые нельзя произнести неправильно. Это, пожалуй, единственное, чего язык добился окончательно.

Образец

Короткий отрывок, которым книга иллюстрирует последний тезис. Исконные единицы выделены; всё прочее — обычный русский слой, выведенный по правилам.

Пошел я д стары городищ. Там гфргник казал: «Не волнуйся, я тебе не помогу». Иламй.

Бабки — юрбк, подвытик — итоо минус. Догки помй. Я и с ними небольшой. Пккт.

Нея сооимй. 5нi6иьь.

Перевод. «Пошёл я в тот самый старый город. Там старший в роду сказал: „Не волнуйся, я тебе помогу“. Ладно. Денег — мелочь, процент — итого минус. Дела швах. Я так больше не могу. (Хмыканье.) Нет сомнений. Всё».

Разбор:

• д стары городищ — изафет: усечённое прилагательное стары плюс сопряжённая форма городищ, то есть «тот самый старый город», а не какой-нибудь. Предлог д с винительным — «в, куда».
• казал — от казеть «сказать»: начальное с- перед согласным отпадает.
• «Не волнуйся, я тебе не помогу» — вежливое отрицание: после утешительной формулы отрицание не отрицает. Помощь обещана. Именно на этом месте попадается герой сказки о бобре.
• итоо — «итого», выпало г.
• 5нi6иьь — закрывающая формула. Отвечать после неё не принято, и на этом отрывок кончается не случайно.

Девять из шестнадцати единиц корпуса — в шести строчках. Это и есть тезис книги в наглядном виде: плотность исконного слоя в обычной речи выше, чем кажется его владельцам.

Спор вокруг книги

🟡 Раздел излагает положение вопроса, а не решённый спор.

Позиция рода. Ожортсовы открыли Кузову родовые бумаги и в том же году публично отмежевались от выводов. Официальных пояснений не давали. Наиболее правдоподобное объяснение расхождения — сам вывод: «из дома закрывающих» звучит как титул, а «тот, после кого не отвечают» — как приговор, и род не обязан выбирать между ними публично.

Позиция Ладоги. Книга в стране не издаётся. Формально — по решению издательств; фактически — из-за второй главы, где ядро государственного языка объявлено принадлежащим другому, вытесненному языку.

Позиция лексикографии. Спокойная: со сводом Кузова словарь не спорит нигде — состав корпуса у них совпадает единица в единицу. Спор идёт не о списке, а о том, чей это список.

См. также

• Четвёртая строка — книга о том же корпусе, с другой стороны
• Исконно-ладожский язык · Ладожско-русский словарь · Грамматика исконно-ладожского языка
• Казка пра бобра в штанах и кэпке
• Ожортс · Денисов · Ладога
• Big Books · Нью-Гандейл